Коммерческая тайна и секреты производства: подводные камни защиты прав

25.07.2022
Ред. 27.04.2024

Чтобы доказать нарушение конфиденциальности, нужно показать суду цепочку: «вот мы установили режим коммерческой тайны, вот зафиксировали перечень сведений, вот товарищ подписал соглашение о неразглашении, вот он отметочку поставил об ознакомлении с конкретным документом — ну и вот гадость, которую он дальше учудил».

Если чего-то в цепочке доказательств не будет, суд не признает нарушение тайны. Это очевидные подводные камни, но есть и скрытые. В этой статье я расскажу о неочевидных сложностях, с которыми сталкиваются правообладатели на практике. Посмотрим, насколько эти проблемы критичны и как с ними можно справиться, чтобы эффективно защитить ваши права.

Если нарушение не проявляется вовне, его будет сложно найти

Допустим, предприниматель заключил договор с рекламным агентством и дал ему доступы к своим данным: рекламным кабинетам, метрикам и аналитике. Потом оказалось, что какой-нибудь муж подруги жены директора агентства — конкурент того предпринимателя. Директор агентства по дружбе сливает ему все данные. Дальше конкурент подкручивает свои настройки и в результате начинает тратить меньше денег на рекламу, а зарабатывать больше — и всё благодаря сливу данных.

Конечно, так нельзя. Директор агентства разгласил конфиденциальную информацию, а его знакомый этим воспользовался — попахивает недобросовестной конкуренцией. Но как об этом узнает сам предприниматель?

Защититься от такого слива и найти его сложно. Будем честными: коммерческая тайна здесь не панацея, она снижает риски, но не исключает их напрочь. Секретность защищает, как правило, от крупных проблем, например от использования секретов производства в продукте бизнеса или от публичного раскрытия коммерческой тайны. Но едва ли секретность поможет защититься, когда нарушитель просто узнаёт секрет и дальше что-то меняет в той части работы, которая не видна нам со стороны. Едва ли мы когда-нибудь узнаем о таком нарушении.

Те, кто понимают эти риски, работают над укреплением секретности другими, неюридическими методами. Это могут быть технические методы — например, сотрудник безопасности контролирует все доступы к файлам и проверяет, кто и с каких айпи-адресов их открывает. Или организационные препятствия для утечки — подрядчикам и сотрудникам дают информацию дозированными кусочками, чтобы один человек не знал слишком много, а если директор компании хочет проанализировать какую-нибудь статистику в совокупности, то он делает это сам.

Чем длиннее цепочка слива информации, тем сложнее доказать нарушение

Допустим, я разработал школьный портфель со встроенной супермощной блютус-колонкой и собираюсь заработать кучу денег. Своего производства у меня нет, поэтому я еду в московский офис производителя электроники и рассказываю под соглашением о конфиденциальности о своем изделии, чтобы узнать, сколько будет стоить производство. Мы не сходимся по условиям, а спустя месяц такой портфель начинает выпускать китайский завод по заказу какой-то компании из Саратова.

Компания из Саратова и московский офис — разные юридические лица, взаимосвязи между ними формально нет. Я понимаю, что меня просто кинули, но доказать это вряд ли смогу. Довод «никому, кроме них, я об этом не рассказывал» — не аргумент для суда. Суд не может наказать нарушителя на основании предположений.

Секреты и тайны лучше всего защищают обладателя тайны от нарушителей, который были связаны с ним напрямую: компания и сотрудник, предприниматель и контрагент. А чем больше звеньев окажется между обладателем и тем, кто воспользовался тайной, тем сложнее будет это нарушение доказать. Вдруг тот, кого мы считаем нарушителем, и правда сам все придумал?

Чтобы защититься от таких рисков, в дополнение к соглашениям о конфиденциальности в таких случаях стоит воспользоваться другим инструментом защиты прав — патентами. Условно, если мы сегодня подадим патентную заявку на свое устройство, а завтра расскажем кому-то о нем, то этот кто-то уже не сможет беспрепятственно воспользоваться нашей разработкой. Патент даст нам исключительное право на техническое решение.

Секретность не защищает от параллельной разработки

Если человек или компания не получали секрет от вас, вы не можете запретить им его использовать. Иначе представьте, как это выглядело бы: «Я запрещаю вам использовать кое-что, а что именно — я вам не расскажу!»

Для всех, кроме правообладателя и его приближенных, секрета как бы и не существует. Если я придумал и засекретил какую-то штуку, а другой человек независимо от меня придумал то же самое — он не нарушитель. Более того, он, как и я, вполне будет считать разработку своей и тоже сможет ее засекретить. Следовательно, у него возникнет свое исключительное право на этот секрет. Такая история называется «параллельная разработка».

Получается, у нас в стране могут одновременно существовать несколько людей или компаний, каждому из которых законно будет принадлежать свое исключительное право на один и тот же секрет производства.

Сейчас нам нужно понять вот что: исключительное право на секрет может в любой момент оказаться не таким уж и исключительным. А если ещё и секрет кто-то раскроет публично (и это будет не ваш, а чужой секрет), то наше право и вовсе закончится.

Секреты и тайны теряют охрану после разглашения

Тайна и исключительное право на секрет охраняется ровно до тех пор, пока сохраняется конфиденциальность. Если конфиденциальность однажды была утрачена, то все, секретов и тайн больше нет.

При этом неважно, как именно произошло разглашение. Может быть, секрет разгласил тот, кто вполне добросовестно додумался до него сам, а может быть, тайну нарушил сотрудник или контрагент — неважно. Если секрет перестал быть секретом, то это больше не секрет, всё. Понимаю, что фраза звучит смешно, но почему-то иногда люди думают что-то вроде «если секрет разгласили незаконно, то разглашение как бы не считается». Считается.

Представьте ситуацию: сотрудник компании-франчайзера уволился и опубликовал секретные инструкции бывшего работодателя в интернете. Исключительное право на секреты прекращается. Франчайзи имеют полное право перестать платить часть роялти соразмерно стоимости разглашенных секретов. А если они заплатили, например, на год вперед, то франчайзеру придется возвращать им деньги. Потом франчайзер пойдет требовать компенсации убытков с бывшего сотрудника, но это уже будет отдельный суд.

На первый взгляд, такая логика может показаться несправедливой, мол как так — неужели одно незаконное разглашение может угробить весь секрет? Да, может — именно поэтому за разглашение устанавливают такие большие неустойки.

Ростов-на-Дону, 2020 год. Сеть учебных центров заключила договор с предпринимателем. Не франшиза, а информационные услуги: предприниматель заплатил 490 000 рублей, а сеть за это должна была провести с ним занятия и дать ему доступ к своим тайным документам — материалам по управлению, продажам и так далее.

Сеть обязательства выполнила: занятия провели, файлы отправили ссылкой на папку в «Яндекс Диске», стороны подписали акты и закрыли договор — предпринимателя все устраивало. Предполагалось, что дальше он откроет собственный центр, но так и не открыл.

Только спустя три года предприниматель начал предпринимать. Правда, вместо того чтобы все-таки открыть центр, он начал продавать свои услуги как бизнес-тренера по открытию таких центров. В качестве примеров в открытую опубликовал некоторые материалы сети у себя на странице.

Основатель сети знатно удивился. Его сотрудник связался с «тренером» под видом покупателя и начал договариваться о покупке франшизы. Первая цена в 300 000 рублей в результате торга превратилась в 50 000 рублей, и сделка состоялась: по указанию «тренера» сотрудник перевел деньги на карточку его брата, а в ответ получил файлы — те самые, которые когда-то получил от сети сам предприниматель.

Параллельно с этим развивалась другая история. Публикацию секретных материалов во «ВКонтакте» обнаружил действующий франчайзер сети. Он прислал претензию основателю сети и потребовал расторгнуть лицензионный договор, раз секрет перестал быть секретом. Расторжение договора грозило убытками почти на четыре миллиона рублей.

Тогда основатель сети отправился в суд, чтобы наказать нарушителя. Помимо возможных убытков за расторжение договора сеть потребовала, чтобы нарушитель заплатил штраф. Дело в том, что их договор трехлетней давности устанавливал штраф в миллион рублей за каждый факт распространения тайных сведений. Факта было два, продажа и публикация, насчитали два миллиона рублей.

Пока шел суд, сеть смогла договориться с франчайзером, и договор все-таки не расторгли, поэтому убытки с нарушителя взыскивать не стали. Но два миллиона штрафа никуда не делись. Нарушитель просил уменьшить сумму и мотивировал это тем, что заработал на продаже тайных файлов всего-то те самые пятьдесят тысяч.

Суд ответил, что штраф есть штраф, он носит компенсационный характер и тут нужно учитывать потенциальный размер возможных убытков истца, а не то, сколько денег на нарушении заработал нарушитель. Иск удовлетворили в полном объеме. Дело №А53-3578/2020.

Секретность не защищает от реверс-инжиниринга

Обычная параллельная разработка идет независимо — просто человек работал в том же направлении и пришел к тому же решению, которое кто-то считал своим секретом.

Но иногда чужие секреты пытаются разгадать специально. Представьте такую картину. Я покупаю в магазине устройство, приношу к себе в мастерскую, разбираю и выясняю, как оно устроено. Понимаю, запускаю свое производство. Как думаете, это нарушение секрета?

Нет, не нарушение. Я купил это устройство легально, оно мое. Что хочу с ним делать, то и делаю. Хочу — буду использовать по назначению, хочу — разберу и выясню, из чего оно устроено. Это называется «обратное проектирование», или «реверс-инжиниринг».

От реверс-инжиниринга нельзя юридически защититься с помощью секретов. Тут защищаются технически. Разработчики специально придумывают, как сделать так, чтобы никто не мог разобрать их продукт и выяснить, как он работает. Химики добавляют лишние элементы в свои составы, программисты шифруют код, инженеры заливают платы компаундом. В других компаниях тем временем сидят такие же ученые и занимаются обратным процессом — вытравливают компаунд кислотой, расшифровывают код и анализируют составы веществ.

Есть только одно правило: устройство должно быть получено законным путем. Если я шантажировал сотрудника чужой компании, угрожал ему или подкупил его, чтобы он вынес мне тестовый образец из лаборатории, — это уже само по себе преступление.

В общем, если я законно приобрел устройство, разобрал его и начал выпускать такое же — чужих секретов я не нарушил, имею полное право. Судя по всему, обладателю секрета (теперь уже бывшему) стоило выбрать для защиты своей разработки не секреты, а патенты.

Коротко о главном:

  1. Режим секретности не защищает от параллельной разработки и реверс-инжиниринга. Если вы хотите защитить техническую разработку, возможно, стоит получить патент.
  2. Чем длиннее цепочка передачи секретных данных и чем меньше нарушение секретности проявляется вовне, тем сложнее выявить нарушение и доказать его в суде. Однако действительно серьезные и крупные нарушения все-таки проявляются вовне, поэтому правообладателям удается наказать нарушителей.
  3. Секреты производства и патенты — это два принципиально разных способа защиты прав. Не «один лучше, другой хуже», а «один больше подходит для одних случаев, другой для других, а иногда их стоит использовать вместе».

Вопрос / ответ

  1. В чем разница между изобретением или полезной моделью?

    В качестве изобретения регистрируют способы, систему из нескольких устройств, составы веществ или сложные устройства. В качестве полезной модели (малое изобретение) регистрируют простые устройства, новые, но не настолько сложные, чтобы соответствовать критерию изобретательского уровня.

    Производство по изобретению несколько сложнее, дольше, и немного дороже, но при этом патент на изобретение действует дольше и больше ценится в научном сообществе.

  2. В каких случаях действуют льготы на пошлину при регистрации программы?

    Льготы на пошлины действуют в том случае, если заявитель (физическое лицо) является единственным автором и правообладателям, или если автор — научный работник, студент, аспирант, пенсионер или ветеран. Для каждой категории граждан предусмотрены разные льготы, от скидки в 50% до полного освобождения от пошлин.

  3. Сколько времени занимает регистрация товарного знака?

    После того, как мы заключили договор на регистрацию товарного знака, нам нужно 3-5 дней, чтобы провести поиск и подготовить заявительную документацию. Сроки в основном зависят от того, насколько оперативно доверитель отвечает на наши запросы по согласованию документов. Когда заявка готова и согласована, мы подаём заявку на регистрацию товарного знака в Роспатент в электронном порядке.

    Первая экспертиза, формальная, идет в среднем месяц. В ходе этой экспертизы заявительная документация проверяется на соответствие установленным требованиям.

    На следующей стадии, стадии экспертизы по существу, товарный знак сравнивают с ранее зарегистрированными знаками и поданными заявками на предмет наличия схожих или тождественных обозначений. Эта экспертиза длится 4-6 месяцев. По окончании этой экспертизы мы получаем уведомление о положительном результате экспертизы по существу. Оно означает, что Роспатент готов зарегистрировать наш товарный знак. После того, как экспертиза по существу закончилась, заявитель оплачивает финальную пошлину за получение свидетельства. Затем Роспатент выпускает свидетельство на товарный знак и передает его нам, а мы направляем его вам.

  4. Чем отличается предварительный патентный поиск от полного патентного поиска?

    В ходе предварительного патентного поиска мы в общих чертах анализируем уровень техники и принимаем решение, готовы ли мы взяться за патентование вашего технического решения.

    Задача этого этапа — понять, относится ли в принципе решение к объектам патентных прав. Как правило, на этом этапе отсеиваются бизнес-методы, объекты авторских прав, «вечные двигатели» и несформированные идеи, которые точно не получится запатентовать.

    Полный патентный поиск мы проводим на этапе подготовки заявки, он занимает в среднем 5-7 рабочих дней. На этом этапе мы подробно анализируем ваше устройство, его специфические технические отличия от уже известных устройств. Результаты такого поиска мы обсуждаем с вами и затем оформляем в виде анализа уровня техники, который вносим в патентную заявку.

  5. Как Федеральная антимонопольная служба защищает от недобросовестной рекламы?

    Если другая компания использует ваш товарный знак в рекламе своих товаров — это нарушение. ФАС следит за тем, чтобы конкуренция между предпринимателями была добросовестной, а реклама компаний соответствовала законодательству. Использование чужого товарного знака или слишком похожего обозначения для своих товаров или услуг — недобросовестная конкуренция, за которую оштрафуют минимум на 100 000 рублей по ст. 14.33 КоАП РФ. Использование чужого товарного знака в своей рекламе — нарушение закона о рекламе, штраф от 100 000 рублей до 500 000 рублей по п.1 ст. 14.3 КоАП РФ. Конечно, всю рекламу, содержащую нарушения, ФАС заставит убрать.

Полезные статьи

  • 22 07 2022
    Какие документы нужны, чтобы ввести режим коммерческой тайны в компании
  • 22 01 2020
    Законен ли запрет в трудовом договоре на переход сотрудника к конкурентам? Ответ в Тинькофф-Журнале
  • 20 02 2024
    Лицензионный договор: зачем он нужен компании и как его правильно составить
  • 17 11 2021
    Как самостоятельно зарегистрировать товарный знак?
  • 29 11 2021
    Как подать заявку на регистрацию товарного знака?
  • 14 10 2022
    Я поискал сам в бесплатных базах, там таких знаков нет, можете просто подать заявку?
  • 20 07 2022
    Как подать патентную заявку в Роспатент и что с ней будут делать дальше проверяющие эксперты
  • 23 11 2022
    Товарные знаки на маркетплейсах, авторские права и патенты: почему блокируют поставщиков и за что взыскивают компенсации
  • 19 09 2019
    Все, что нужно знать перед получением патента
Поделиться:

Столкнулись с похожей ситуацией? Получите консультацию у нашего специалиста