Регистрация товарного знака за рубежом: тонкости, о которых вам стоит узнать заранее

09.08.2022

В моей книге об интеллектуальных правах мы подробно разбираем, как происходит регистрация товарного знака за рубежом: чем отличается международная процедура от национальной, какая из них выгоднее и как не переплатить.

В этой отдельной статье поговорим о более тонких деталях, которые точно стоит знать тем, кто затевает международный бизнес.

Почему не стоит торопиться с подачей международной заявки

Если подать заявку в России, а потом не позже чем через полгода подать заявку на этот же знак в другую страну, то мы можем попросить эту страну считать, будто мы подали им заявку в тот же день, что и в России. Получается, у всех заявок, поданных за эти полгода, может быть одна и та же дата приоритета — и иногда это может спасти предпринимателя и его бренд.

Например, российская компания подает в январе заявку в Роспатент, а в мае подает заявку в Евросоюз. Тут вылазят какие-то немцы и начинают возмущаться, мол, мы тут вообще-то еще в апреле подали заявку на такое же название, а вы приперлись в мае — пусть вам откажут. «Нет, друзья, — ответите вы, — у нас конвенционный приоритет считается по январю. Сочувствуем вашей ситуации, но знак наш». Такие правила работают и для прямых заявок, и для международных, практически для всех стран в мире.

Но несмотря на трюк с датой приоритета, я бы не советовал торопиться с подачей международной заявки. Дело в том, что ее судьба зависит от базовой национальной: если Роспатент откажет в регистрации знака в России, то и мадридская заявка на ее основе сгорит, а потраченные на нее деньги, скорее всего, улетят в трубу.

Некоторые юристы уговаривают своих клиентов подавать сразу и российскую, и международную заявку, чтобы им заплатили сразу и побольше. На мой взгляд, такой подход не только нерационален, но и влечет повышенные риски.

Чтобы не рисковать деньгами, имеет смысл дождаться, пока заявку одобрят в России, и только потом подавать международную заявку. Если с первого раза правильно подать российскую заявку и вовремя уплатить все пошлины, то высока вероятность получить из Роспатента решение о регистрации быстрее, чем за полгода. Так вы и приоритет получите ранний, и деньгами рисковать не будете. Тогда уже можно со спокойной душой подавать мадридскую заявку.

Если пропустить полгода с даты подачи российской заявки, ничего страшного не произойдет — международную заявку можно подать потом когда угодно. Просто приоритет по российской подаче тогда уже не поставят, а значит, появится вероятность, что кто-то другой займет такой же или похожий знак в нужной стране. Конечно, такие совпадения бывают нечасто, но и списывать эти риски со счетов нельзя — особенно учитывая количество заявок, которые иностранные компании подают на регистрацию.

Подавать международную заявку до принятия решения по российской имеет смысл только в том случае, если вы четко знаете, что это вам даст. Действительно, иногда бывают ситуации, когда нужно действовать именно так — например, иностранные партнеры попросили подтвердить факт подачи заявки или отказываются начинать продажи товара без регистрации товарного знака. Но во всех остальных случаях, как правило, лучше сначала подать российскую заявку, получить решение по ней и затем уже подавать международную заявку.

Иногда названия приходится менять

Бывает так, что компания подает заявку на двадцать стран, и из них половина регистрирует товарный знак без запросов, еще четверть отказывает, а в оставшихся начинается затяжной спор с ведомством и другими правообладателями.

Это может показаться несправедливым, но посмотрите на ситуацию с другой стороны. В каждой стране есть свои предприниматели, свои товарные знаки, фирменные наименования, коммерческие обозначения и другие права. А тут приходим мы со своей заявкой в их монастырь и просим что-то нам зарегистрировать.

Разумеется, в каждой стране эксперты ведомства будут принимать решение с учетом тех прав, которые охраняются в этой стране прямо сейчас. И выводы одного патентного ведомства никак не обязывают другое ведомство принимать такое же решение. Если в России знак зарегистрировали, то это не значит, что условный Евросоюз теперь должен поступить так же. Может быть, у них такое название уже тридцать лет как занято.

Наверняка вы слышали истории про то, как одни и те же товары в разных странах продаются под разными брендами. Например, кафе Burger King в Австралии называется Hungry Jack’s; зубная паста Blend-a-med называется так только в России и еще нескольких странах, а для всего остального мира она Crest; дезодорант Rexona в Японии называется Rexena, в Англии — Sure, в Канаде и США — Degree; а «Мистера Пропера» вообще чуть ли не в каждой стране зовут по-разному.

Товарный знак «Hungry Jack's».png

В Новой Зеландии «Бургер Кинг» работает под названием Hungry Jack’s

Иногда такие истории объясняются желанием маркетологов компании адаптировать бренд под местный рынок, но еще больше ситуаций, когда компания вынуждена создавать новый бренд из-за ситуации с товарными знаками. Как тот же «Бургер Кинг» — когда компанию открывали в Америке, никто и не думал, что спустя двадцать лет компания разрастется франшизой до Австралии, а там это название окажется занято местным предпринимателем. В итоге франшизе пришлось запускаться под другим названием, чтобы не загреметь в суды.

Локальный ребрендинг — это сложная и дорогая история для компании, поэтому многие стараются ее избежать. Выходов несколько.

С одной стороны, компания может выбирать самые оригинальные названия, которые с минимальной вероятностью окажутся занятыми в других странах. Это вымышленные слова — акронимы, фамильные названия, слова из редких языков и так далее. Вспомнить ту же «Икею» — может быть «Упптака» и звучит странно, но зато едва ли компания столкнется с проблемами регистрации в любой стране.

Другая крайность — давать своим товарам названия, которые в принципе не подлежат регистрации в большинстве стран. Почему телевизор условного Самсунга называется QE85Q70TAU, а не как-нибудь вроде Crystal Sky? Потому что юристы компании сошли бы с ума, если бы для каждого товара пришлось бы придумывать и регистрировать новые названия в сотне стран. А аббревиатуры в большинстве государств не подлежат охране по умолчанию. Вот они и называют свои телевизоры только артикулами.

Получается, компания регистрирует названия линеек товаров и отдельных технологий, а для каждого отдельного товара название не придумывает. Это рациональный подход: названия технологий и линеек живут на рынке годами, а вот имя отдельного телевизора фиксировать нет смысла, особенно если он каждый год новый.

Но в такой стратегии есть и подвох. Например, автомобильная компания называет свою машину X5, а потом автомобиль становится настолько известным, что артикульное название становится нарицательным. Компания решает зарегистрировать название машины, а ей не дают — это же аббревиатура. Дальше компания начинает пыжиться и доказывать каждому патентному ведомству, что покупатели в этой стране ассоциируют эту аббревиатуру именно с ней.

Где-то у компании получается, а где-то нет. В России, например, БМВ пять лет доказывали Роспатенту, что их название X5 достойно исключительного права, и в итоге справились. А в других странах рядом с BMW X5 спокойно паркуются китайцы Changan X5 и Zotye X5, и ничего им за это не будет.

Иногда бывает так, что компания выбирает вымышленное название и все равно собирает гору проблем. Например, новые российские автомобили «Сенат» под маркой Aurus — Роспатент такое название зарегистрировал, а вот когда производители подались в Европу, так они сразу же насобирали возражений за тойотовский Auris и Urus «Ламборджини». Конечно, едва ли кто-то из покупателей реально сможет перепутать автомобили ценой в несколько десятков миллионов рублей из-за одной буквы в названии, но смысл один: если бы компания при выборе названия заглянула в реестры товарных знаков, в том числе зарубежных, проблем могло бы быть меньше.

Выход за рубеж нужно планировать заранее

При хорошем стечении обстоятельств регистрация товарного знака за рубежом занимает год, а иногда и полтора. При этом нужно закладывать риск отказов и споров с другими правообладателями, которые могут растянуть регистрацию на пару лет. Процесс может затянуться не только из-за местной бюрократии, но и из-за местного бизнеса.

Например, компания собирается регистрировать товарный знак в Евросоюзе для бренда электроизмерительных медицинских приборов: проверили название, посчитали смету, вроде все учли — подают заявку. А потом в последний день экспертизы вылазит с возражением вентиляторный завод из Мюнхена, который увидел в заявке угрозу своему бизнесу. Он требует внести ограничение в перечень и написать там «электроизмерительные приборы, за исключением предназначенных для вентиляторов». Вроде бы мелочь, но два-три месяца и несколько сотен евро на это уйдет.

И это просто ограничение перечня, тут еще никакого конфликта нет. Если же речь идет о споре с другим правообладателем, то это еще плюс полгода-год и по меньшей мере тысяча долларов на услуги иностранного поверенного. Чем закончится спор, заранее никто не знает. Можно провозиться пару лет и получить отказ — особенно в Евросоюзе.

Здесь, к слову, стоит помянуть добрым словом Роспатент: наши сроки кажутся долгими только тем, кто никогда не сталкивался с европейским подходом к делопроизводству. Для сравнения: спор между правообладателями, который патентное ведомство Евросоюза разбирает полтора-два года, наш Роспатент рассматривает за три-четыре месяца.

Учитывая все эти риски, некоторые компании для выхода за рубеж подают сразу несколько названий на регистрацию: основной вариант и пару запасных. Если за основное название разгорится спор, то компания получит регистрацию и выпустит продукт на рынок под дополнительным названием. Основное или забросят, или вернутся к нему позже, если получится отстоять регистрацию. А если удастся зарегистрировать несколько названий, то основное пустят в работу, а дополнительное оставят про запас: вдруг компания через пару лет захочет расширить ассортимент, а тут уже и новый знак под рукой.

«Просто попробовать» — так себе идея

Зарубежные товарные знаки дороже российских, поэтому иногда предприниматели пытаются сначала проверить, как пойдет торговля в другой стране, а потом уже что-то там регистрировать. Это опасно.

В большинстве развитых стран предприниматели относятся к своим интеллектуальным правам более трепетно, чем у нас. В Евросоюзе, США и многих других странах владельцы даже малого бизнеса заботятся о том, чтобы на рынке не появлялось брендов, слишком похожих на их собственный. Иногда степень их внимания по нашим меркам доходит до абсурда — как в той истории про вентиляторы. В России ни одному предпринимателю такое даже в голову бы не пришло, а у них это в порядке вещей.

Мониторинг заявок на товарные знаки, оппозиции, протесты, претензии — для иностранных предпринимателей это рутина, да и самих знаков у них больше, чем у нас. Поэтому появляться там с незарегистрированным обозначением — рискованная затея.

Например, российская компания заключает дистрибьюторский договор с иностранной фирмой: наши делают, поставляют иностранцам, те у себя продают. О товарном знаке никто не думает — отправляют первую партию товара через границу, запускают рекламу в интернете. Тут эта реклама попадает на глаза правообладателю похожего знака. Ну и всё: блокировки, аресты, суды, запрет на ввоз. Нельзя сказать, как быстро и в каких масштабах произойдет конфликт, но одно можно сказать точно: решать такие вопросы в чужой стране сложнее, чем в своей.

Если вы хотите просто попробовать и еще не уверены, что дело пойдет, — не везите товары дистрибьюторам, а попробуйте тогда уже для начала продавать их иностранцам через интернет.

Если ко мне на сайт зашел покупатель из Камбоджи, это не значит, что я теперь должен бежать и регистрировать товарный знак в Камбодже. Я изготавливаю и продаю свои товары в России, а то, что он зашел ко мне на сайт и попросил меня отправить товар ему в Камбоджу — это уже не мое дело, куда отправлять, потому что сама покупка происходит в России. И даже если какой-то камбоджийский правообладатель посчитает иначе и пожалуется в свои камбоджийские госорганы, то ничего страшного не случится: у меня нет никаких товаров на складах в Камбодже, арестовывать нечего.

Кто владеет товарным знаком, тот владеет бизнесом

Представьте: вы покупаете товары у иностранного производителя и продаете их в России. Марка товара в России никем не зарегистрирована, иностранец об этом не позаботился, другие предприниматели тоже не подумали. Тут вы берете и регистрируете этот товарный знак на себя. Представляете, какие возможности вам это дает?

По сути, вы становитесь эксклюзивным дистрибьютором. И неважно, хотел этого завод-производитель или нет. Если другие предприниматели начнут параллельно с вами завозить этот же продукт в страну, вы расправитесь с ними как с обычными нарушителями. Какая разница, где и у кого они покупают, — исключительное право на территории России принадлежит вам. Причем не обязательно даже со всеми судиться: выбросить конкурентов с маркетплейса можно за пару недель, и рост продаж правообладатель получит чуть ли не сразу.

Некоторые заводы смотрят на такие ситуации сквозь пальцы: им все равно, кто и как продает их товары, главное, чтобы у них покупали побольше. Другие заводы начинают возмущаться: мол, как так, вы захватили наш товарный знак и теперь мы даже сами не можем ввезти товар в вашу страну.

А знаете, что делают правообладатели, если иностранный завод начинает возмущаться? Меняют завод.

Кроме шуток: если компании принадлежит товарный знак, она управляет продажами товара в стране. За правом на товарный знак прячется клиентская база и поток покупок. А если сам товар не бог весть какой оригинальный, то правообладатель может просто поменять поставщика так, чтобы покупатели не заметили разницы. В итоге правообладатель продолжает продажи как ни в чем не бывало, а тот завод теряет целую страну покупателей.

С другой стороны, нельзя сказать, что завод прямо уж совершенно беззащитен. Конечно, он продул регистрацию, но еще не все потеряно. Действия дистрибьютора могут признать недобросовестной конкуренцией, и тогда регистрацию знака можно будет аннулировать.

Но для того, чтобы прекратить охрану знака, нужно будет обращаться в Федеральную антимонопольную службу, Палату по патентным спорам, а иногда и в суд. Даже если завод сможет доказать недобросовестность дистрибьютора, то этот знак все равно уже не отберут: сначала эту регистрацию аннулируют, а потом заводу нужно будет регистрировать свой знак заново.

А что, если за это время дистрибьютор успел наплодить еще пять регистраций? А если эти регистрации не на дистрибьютора, а на каких-то вообще неизвестных лиц? Доказывать аффилированность? А если ее нет? А что, если в деле всплывет согласие завода на регистрацию, подписанное три года назад прошлым директором?

Короче, далеко не все товарные знаки в итоге возвращаются заводам, но и не всем дистрибьюторам удается сохранить монополию. Чтобы не уходить в подробности и не превращать книгу в учебник по добросовестной и не очень конкуренции, давайте остановимся здесь на такой идее: чем выигрывать такие споры, лучше в них вообще не попадать.

А если вы спросите про мораль и справедливость, то я скажу, что в таких историях у каждого своя правда. Иногда бывает так, что завод-молодец, а дистрибьютор — злодей, который решил захватить рынок. Бывает, старый завод не справляется с объемом продаж крутого дистрибьютора и тому приходится брать развитие бренда в свои руки. А иногда бывает и правда так, что совершенно посторонний предприниматель подает заявку на регистрацию названия, а потом выясняется, что кто-то там уже что-то возит под похожим названием в страну. В итоге в пролете могут оказаться и дистрибьютор, и его завод.

Осторожно, мошенники!

В мире есть несколько сотен злодеев, которые наживаются на людях и компаниях, подающих международные заявки. Эта история одинаково относится и к товарным знакам, и к патентам.

Как выглядит обман со стороны: человек подает международную заявку, а спустя полгода-год получает по почте квитанцию на оплату иностранной пошлины. В этой квитанции указаны его данные, данные его заявки, расчет пошлин и указание на срок оплаты. В квитанции стоят печати, а на обороте приведены выдержки из законов на нескольких языках. После оплаты квитанции выясняется, что ВОИС не получил эти деньги от заявителя, а квитанция была поддельной. Деньги получили мошенники.

Как устроена схема изнутри: мошенники берут информацию о заявителе и его заявке из публичных международных баз — вся информация открытая. Дальше они печатают счета на оплату и рассылают их по базе найденных адресов. Схема поставлена на конвейер, мошенники каждый месяц рассылают тысячи ложных уведомлений. Расчет на то, что хотя бы кто-нибудь да заплатит.

Чтобы квитанции выглядели «погосударственнее», мошенники пишут как можно больше персональной информации: имена, адреса, названия объектов и так далее. Их юридические лица называются так, чтобы произвести впечатление официальной организации. Если настоящая ВОИС по-английски называется World Intellectual Property Organization, то мошенники могут называть себя World Intelligence Property Organisation, Intellectual Property Organization Service и другими подобными названиями. Это все обман, чтобы набрать деньги.

Как не попасть впросак: не оплачивайте непонятные квитанции. На сайте ВОИС есть настоящие реквизиты ВОИС и целый раздел с примерами поддельных уведомлений. Когда вам приходит какая-то квитанция, сверьте реквизиты в ней с теми, что есть на официальном сайте. Если эти данные не совпадают, над бумажкой можно посмеяться и выбросить. Или отсканировать и отправить в настоящий ВОИС — у них есть специальная форма приема таких уведомлений. Дальше они сами займутся мошенниками.

Главное коротко:

  1. Лучший период для подачи международной заявки — после принятия решения о регистрации по российской заявке, но до истечения полугода с момента ее подачи.
  2. Выход за рубеж нужно планировать как минимум за полгода-год до старта продаж, чтобы было время урегулировать вопросы по товарным знакам.
  3. Возможно, для каких-то отдельных стран придется создавать новые локальные бренды.
  4. Не позволяйте вашим иностранным дистрибьюторам регистрировать ваши бренды на себя в своих странах. Это чревато потерей бизнеса.
  5. Если вам на почту пришла квитанция на уплату иностранных государственных пошлин, скорее всего это мошенники. Покажите эту квитанцию своему патентному поверенному, прежде чем что-то платить по ней.
Поделиться:

Столкнулись с похожей ситуацией? Получите консультацию у нашего специалиста